Главная страница  -  Наши события


28.01.2019   РЕВОЛЮЦИЯ ВОЗВРАЩАЕТСЯ В ЕВРОПУ. КАК И ПОЧЕМУ.

 

Рекомендуем нашим сторонникам аналитическую статью о движении Желтых Жилетов известного политика и журналиста Димитриса Константакопулоса из Греции, постоянного участника заседаний нашего Европейского Русского Форума и клуба София. Оригинал статьи на английском языке можно найти здесь:

http://www.defenddemocracy.press/revolution-back-in-europe-why-and-how/

 

РЕВОЛЮЦИЯ ВОЗВРАЩАЕТСЯ В ЕВРОПУ. КАК И ПОЧЕМУ.

"Твоё сердце слишком мало для того, 
чтобы вместить в себя так много людей"
слова из песни Желтых Жилетов, адресованные Макрону.

 


"Я не случайное зерно,
Я, создатель новой жизни,
Я порождение Несчастья
И взрослое дитя Гнева...
...Слушай голоса ветров
Тысячи лет!
В моих словах
Боль всего человечества..." 
Костас Варналис (1884 - 1974), The Guide (*)

Димитрис Константакопоулос

Вечером 14 июля 1789 года герцог де Ларошфуко-Лианкур разбудил короля Людовика XVI, чтобы сообщить ему о штурме Бастилии.

"Что это, бунт?", - удивился король.

"Нет, Сэр. Это революция", - ответил герцог.

То, что происходит во Франции сегодня, - это одно из наиболее значительных политических событий на Европейском континенте после падения Советского Союза почти тридцать лет назад.

Это один из наиболее радикальных, глубочайших и динамических вызовов современному Европейскому капитализму за последние десятилетия, как в плане способа проведения - прямая, массовая мобилизация людей, "масс", их динамический выход на сцену истории, так и в плане глубины движения, и в плане его требований, являющихся прямым вызовом политическому и, косвенно, но очевидно, социальному режиму .(**)  Прежде всего, движение не ограничилось одной столицей, но равномерно распространилось по всей Франции.


Если бы мы хотели отыскать другое революционное движение в Европе, сочетающее в себе масштаб и глубину движения Желтых Жилетов, то нам надо было бы, вероятно, оглянуться на период с 1965 до 1975 или, как максимум, до 1985 года. Это значит, нам надо оглянуться на всеобщие революционные забастовки во Франции и Италии (1968-1969), Пражскую Весну (1968), Революцию Гвоздик в Португалии (1974-1975), Революцию Солидарности в Польше (1979-1981) и, возможно, в меньшей степени, вооружённую забастовку Британских шахтёров (1984-85).
Все эти движения, каждое по-своему, несмотря на различия между ними, глубоко изменили наше восприятие мира. Все они характеризовались той же прямой формой действия, с миллионами простых людей, принимающих прямое участие, и фактически они подвергли сомнению сами основы экономической и социальной организации и систему власти в странах, где они появились. Все эти движения, без исключения, в том или ином виде сопровождались требованиями демократизации общества и непосредственного участия людей в самоуправлении.
Динамика этих движений была позднее прекращена капитуляцией социалистов Миттерана, триумфом нео-либерализма в капиталистической Европе (фактор Тэтчер-Рейгана-Фридмана), развалом Советского режима и "революциями протеста" в Восточной Европе. Эти "революции протеста", хотя многое обещали через "демократические" лозунги, не привели никуда: экономическая и политическая власть переходила из рук в руки от "социальных бюрократов" к довольно-таки олигархичным и иногда явно мафиозным элитам, маскирующимся под демократические правительства, - к "социальным дарвинистам" на службе у международного капитала и у США.


Желтые Жилеты сейчас, похоже, выбирают свой собственный путь, начинающийся оттуда, где остановились Европейские движения 1965-85 со своими базовыми фундаментальными требованиями, и они действуют так в ответ на политику систематического уничтожения французского общества, и, даже в ещё большей степени, его беднейших слоёв населения.
Они действуют в контексте сегодняшних Европейских и глобальных условий, которые существенно отличаются от условий в тот период как в субъективном, так и в объективном смысле.

 Французский и европейский кризис и глобальный экономический кризис

Французская революция - термин "революция", как мы считаем, наиболее приемлем, поскольку то, что происходит во Франции, является не просто восстанием, и мы постараемся показать это позже, - это прямой результат многогранного, запутанного "Европейского" кризиса. Кризиса, который, в свою очередь, является результатом и следствием двух факторов: глубокого экономического кризиса, в который мировой капитализм вступил в 2008 году, и самого способа, которым Европейский Союз был построен и управлялся.

Немаловажно правильно поставить диагноз основной причине кризиса и тем факторам, глобальным и Европейским, которые его вызвали. Потому что если мы будем считать, что вся проблема вызвана Евро и ЕС, игнорируя структурный кризис современного мирового капитализма, то мы придём к выводу, что всё, что стране нужно, - это выйти из ЕС, и это решит все проблемы. Конечно же, это не означает, что данная страна не должна пытаться покинуть ЕС, если это требуется для её спасения. Но это означает, тем не менее, что ей надо понимать, что даже покинув ЕС, она всё равно столкнётся со всеми проблемами, порождёнными неимоверной властью, приобретённой глобальным капитализмом и международными финансовыми структурами.
 

Большая часть критики ЕС, поступающей с разных сторон, справедлива. Но не это главная стратегическая проблема. Главный вопрос в том, что будет с Европейским государственным строем завтра и что предпринять, чтобы строй, который установится после ЕС, был бы лучше, а не хуже предыдущего; и какая политика и стратегия, в контексте существующего Евросоюза, могла бы служить лучше для цели создания в корне нового и лучшего Европейского устройства в будущем.

Потому что Европейская страна, особенно страна средних размеров, такая, как Франция, может взять курс на освобождение от уз глобального капитализма. Но это будет непросто для любой страны, даже для самой сильной в Европе, - достичь этого самостоятельно в долгосрочной перспективе.

Международное влияние революционного движения Франции будет иметь жизненно важное значение не только в долгосрочной, но и в краткосрочной перспективе как для самого движения, так и для ситуации во всей Европе.

Любая победа или поражение движения Желтых Жилетов очень сильно зависит от их способности расширяться и находить поддержку в остальной Европе.

С другой стороны, и на ситуацию в Европе полностью, прямо и решительно, будет влиять то, что будет происходить в предстоящие недели и месяцы во Франции. 

Как бы то ни было, мы ещё не видели никаких сил, желающих идентифицировать себя как "радикальные левые" в Европе, - от левого крыла Die Linke до левого крыла Labour Party, полностью понимающих значение происходящего во Франции, соответствующе регулирующих свою деятельность, дающих абсолютный приоритет организации поддержки французского народа, объясняющих своему народу происходящее во Франции или даже пытающихся перенять французское движение через имитацию кампаний в своих странах, соответствующих и приспособленных к курсу соответствующих условий, с которыми они сталкиваются в каждой стране.

Мы не видели, чтобы они пытались создать, программно, политически и организационно, Объединённый Европейский фронт - не только радикальных левых, но также всех сил, искренне желающих бороться с тоталитарной диктатурой финансового капитала в Европе.

Что мы видим в основном, - это различные группы, партии и их честолюбивых лидеров, обычно не ведающих стыда, самовлюблённых звёзд "интернационального радикализма и прогресса", выдающихся "интеллектуалов самоочевидности", которые, в момент, когда разворачивается одна из наиболее значительных революций в Европе за последние 50 лет, занимаются микро-политическими электоральными расчетами ввиду Европейских выборов; расчетами, неуместность которых будет доказана в контексте Европы, продолжающей сотрясаться до основания из-за кризиса.

Прямой результат глобального экономического кризиса 2008 года, Европейский кризис, способствовал на сегодняшний день, до происходящего развития событий во Франции, деструкции и "преданному восстанию" в Греции, движениям Indignados (Индиньядос) и Podemos (Подемос) в Испании, левому правительству в Португалии, голосованию BREXIT, волнению радикальных правых в Италии, подъёму AfD (Альтернатива для Германии) в Германии, "клинической смерти" Германской социал-демократической и Французской социалистической партий, популярности Ле Пен и Меланшона во Франции.

Как бы то ни было, происходящие сейчас события во Франции поднимают нас на новый уровень по двум причинам, имеющим важнейшее значение. Во-первых, французский народ, потративший несколько десятилетий в напрасной надежде на то, что каких-либо улучшений можно добиться путём выборов и референдумов, сейчас перешёл в фазу прямой, динамической и массовой мобилизации людей. Во-вторых, французское движение в первый раз напрямую подвергает сомнению политический и, хотя не напрямую, но явно, социальный режим.

У финансовых олигархов, которые в настоящее время управляют Европой вместе со своими наёмными лицами - европейскими политиками и чиновниками - нет ответов на вопросы, поднятые греками, испанцами, итальянцами и, теперь ещё в большей степени, французами.
По этой и по другим причинам, которые мы объясним, французский кризис, - это только начало течения событий, которые, конечно, предсказать и описать мы не можем. И мы не можем предвидеть, куда они приведут. Тем не менее, мы можем уже сейчас уверенно сказать, что они существенно изменят Европу и весь мир.

События во Франции не только совпадают и частично отражают продолжающийся глубокий кризис в ЕС, кризис, угрожающий самому его существованию. События развиваются, вероятнее всего, в преддверии нового ухудшения экономического кризиса 2008 года, и у государств сейчас намного меньше средств, чтобы защититься от него, чем было в 2008. И, как будто всего этого было недостаточно, мы видим на международном уровне стремительное обострение всех значительных, глобальных проблем, включая возрождение риска ядерной войны и, что наиболее важно, почти неизбежного конца человеческой цивилизации из-за климатических изменений и экологических катастроф; такая постановка вопросов требует немедленных, радикальных действий, которые выходят далеко за пределы ограниченных возможностей существующей экономической, социальной и международной системы.

 

Реализм и Романтизм

Мой друг уже второй день, хотя и доброжелательно и тактично, обвиняет меня в своего рода "революционном романтизме", обращаясь к моей самой последней статье о событиях во Франции. Я оставлю в стороне тот факт, что, как вскоре обнаружилось из нашей беседы, он не располагал самой элементарной информацией, например, в чём состоят главные требования движения Жёлтых Жилетов; напротив, он воспринимал как реальность не то, что действительно происходит во Франции, - конечно, в этом больше виноваты СМИ, не дающие людям всей информации, - но то, что он сам придумал, что вероятно происходит! Живя в Греции, он думал, что и во Франции также политики могли, с помощью неких "умных революционных слов", просто набрать голоса, как это часто происходит в случае с греческими политиками. Так что он пытался интерпретировать французское движение с точки зрения нашего нынешнего морального и интеллектуального обнищания, которое является результатом нашего всеобъемлющего поражения в 2015 году и того, как оно произошло. Может быть также, в глубине души, он мог находить сложным и даже раздражаться сравнением между существующим величием восставшего народа с нашим собственным, униженным и побеждённым, жалким и рабским, индивидуальным, социальным и национальным существованием.
 

Как бы то ни было, важный момент в другом, и я сказал ему об этом. Романтизм не означает надеяться на продвижение человечества и людей на переднем плане исторического процесса. Они делали это в прошлом и, следовательно, они могут повторить это в будущем. Романтизм, даже как потенциально смертельная иллюзия, предоставляет возможность тем, кто сегодня правит миром, возможность предотвратить гибель человечества!

Говоря реалистично, единственный шанс спасения для человечества - это осознанно предпринять свои собственные действия для этого. И, конечно, сделать это надо очень быстро. Лозунг мая 1968 года "Воображение к власти!" является сегодня единственно возможным реализмом. "Революция", в значении радикального преобразования доминирующей системы, независимо от того, каким образом она может произойти, - это предварительное условие для выживания человечества. Такого рода вещам больше не учат социальные и философские теории и наша мораль; это скорее определяется безжалостной ясностью и точностью математических и физических формул климатической науки.


Кроме того, великие революции часто происходят тогда, когда никто их не ожидает. А не ждёт их никто потому, что они происходят, когда система "завершена"; она, таким образом, "закрыта", не оставляя места для какой-либо "реформы" или "саморегуляции".Тот же фактор, из-за которого революции кажутся невозможными и даже немыслимыми, делает их также неизбежными!


Глобальное самосознание человечества владеет этим знанием, несмотря на постоянные усилия властителей и обладателей стереть его. Это причина, по которой мы  чтим память тех, кто потерпел поражение в истории, тех, кто "проиграл", таких, как Иисус Христос и Спартак, и мы не уважаем тех, кто распял их, чтобы защитить и сохранить общественный порядок и власть того времени.


Как раз в тот момент, когда система "закрылась", не впуская никакого прогресса и грозя обрушиться, Бог Бедности (греческое божество) вызывает из глубины души простых людей, из сердца огромной "безликой" толпы высшие нравственные человеческие качества, а именно стремление к свободе и достоинству, проявление потребности простых смертных в смысле в их жизни.

И тогда, в эти особые, привилегированные моменты истории, простой народ, свободный от обычного бремени и от лицемерия профессиональных политиков и интеллектуалов, использует высшие функции мозга, - гуманность, разум и воображение, для того, чтобы найти решения проблем, с которыми они столкнулись, так, как Франция делает уже два месяца.


Все революции могут выглядеть похожими друг на друга, но каждая чем-то отличается. Эта революция, которая сейчас силится выбраться из чрева матери - европейского кризиса - имеет несравненное преимущество перед Великой Французской революцией 1789 года и над Русскими революциями 1905 и 1917 годов. Люди, которые восстали сейчас, владеют значительно более высоким интеллектуальным оружием, большими знаниями, на которые можно опереться, чем те, что были доступны французской бедноте (sans-culottes) и рабочим России во времена прошедших революций. Более того, у них есть опыт тех достижений, но также и трагедий и разрухи, сопровождавших все великие революционные движения в истории.


Тот же фундаментальный вопрос, заданный Великой Французской революцией 1789, Русскими революциями 1905 и 1917 и многими другими народными восстаниями в Европе и во всём мире, остается открытым, до конца так и не решенным.
  
Примечания

(*) Это импровизированный перевод автора отрывка из поэмы Костаса Варналиса (1884-1974), одного из величайших поэтов современной Греции. Коммунист, марксист и участник Сопротивления во время нацистской оккупации Греции, он подвергался преследованиям за свои идеалы.
(**) Довольно трудно писать статью о Франции, адресованную людям, которые не живут во Франции. Причина в том, что западная пресса делает всё, что в ее силах, разумеется, с определенным успехом, для того, чтобы приуменьшить, исказить и скрыть события во Франции и, самое главное, их значение. Их цель - представить их как обычные общественные беспорядки, без освещения глубинных причин, побудивших людей одной из наиболее значимых стран Евросоюза восстать против политической системы во власти.
Во время военной диктатуры в Греции я был школьником. Я помню, что в прессе того времени было полно пропаганды, но, в то же самое время, публиковались все основные факты, необходимые для формирования мнения. Благодаря этой, подвергающейся цензуре, прессе, контролируемой "чёрными полковниками", греки, тем не менее, знали лучше о том, что происходило во Франции во время Майской революции 1968 года или о войне во Вьетнаме, чем они знают сейчас о социальных и политических проблемах в других странах Евросоюза или о реальности дюжины войн на Ближнем Востоке!
"Финансовая империя", контролирущая СМИ и большинство "интеллектуалов", "пространство идей" в наших сообществах, беспрецедентным в истории капитализма образом, имеет жизненный интерес поступать так, потому что она дрожит от перспективы распространения "французского вируса" за пределы Франции, как уже случалось в 1789, 1848 и 1968 годах.
Кроме того, даже если бы они и хотели донести реальное значение этих процессов, они не были бы в состоянии это сделать. Журналистика следует за демократией на пути к гибели. В своих усилиях контролировать всю информацию, они изолировали почти всех знающих и способных критически мыслить журналистов, способных анализировать и описать значение таких революций, как та, что сейчас, похоже, разворачивается во Франции. В наши дни часто бывают случаи, что СМИ выбирают не тех журналистов, которые нравятся, а вместо этого спрашивают политические партии и финансовые лобби "дать добро" и назначить "журналистов".
Удушающий и тотальный контроль в сфере идей привёл к появлению класса "профессиональных политиков", интеллектуалов, учёных, специалистов по рекламе и социологов, которые в конце концов поверили своей собственной пропаганде и теперь неспособны, по большему счету, анализировать события, происходящие в реальном мире, даже если это необходимо в интересах того класса, которому они служат. Дж.Оруэлл это правильно показал. Наверное, поэтому французский Le Monde решил отправить 70 исследователей по всей Франции в экспедицию, чтобы понять, что происходит в стране, - вероятно, крупнейшая "пресс-экспедиция" в истории!

 

Комментарии


Символов осталось:  

jautajums   2019-01-29 16:13:20

Когда в Латвии начнётся? " Никто не даст нам избавленья, ни Бог, ни царь, и не герой , Добьёмся мы освобожденья своею собственной рукой..."

Константин   2019-02-06 08:03:04

Русская революцию, когда некторые недобросовестные фабриканты кормили рабочих испорченным мясом и ничего не платили, когда рабочие болели иоже повлияла на современную Европу, что разница доходов богатых и бедных в развитых Европейских странах составляет примерно семь раз и с профсоюзами и работодатели и власти считаются.